Вчера у меня был день полного упадка сил. Мне страшно повезло, что Ф. два раза ходил гулять с Машей, давая мне краткие передышки. Просто в теле не было сил. И в голове туман и тяжесть. Я с унынием думала о сегодняшнем дне - Ф. уехал, мне одной идти гулять с Машей, а хочется только лежать, есть и смотреть телик. Всю меня охватывала тревожность, связанная с тем, что неясно, что и в какой очерёдности делать, рационально применяя выходное время. Чувствовала, что сделать обязана многое, но что конкретно - голова не вспоминала, и вообще, хочется только лежать, есть и смотреть телик.
Правда, и вчера дела шли не так уж плохо, очень для меня щадяще. Мало того, что Ф. взял на себя Машу. Так мне ещё удалось не полностью затравить себя едой, потому что вечером они купили сладкий огромный арбуз, и мы устроили семейный ужин с хлюпаньем и утиранием сока. А ещё я посмотрела мультфильм Горо Миядзаки по сценарию Хаяо Миядзаки "Со склонов Кокурико". Умиротворяющий и вдохновляющий на созерцание природы, внушающий уважение и стремление к простому труду и простой жизни, в то же время волнующий, как первая любовь.
***
Сегодня я всё-таки худо-бедно выспалась - это сразу поднимает уровень счастья на порядок. А потом мы поехали с родителями на дачу. Я в этом году ни разу не была ни на одной даче. И как же всё вышло прекрасно!
Было не холодно, но и без утомительной жары. С родителями у нас царил мир и всеобщая приятность. Маша была очень довольна - собирала ягоды, бегала по траве, играла с собакой, валялась в домике на диване, забиралась сама на второй этаж и выглядывала там из окна, горланя на всю округу, поливала из своей леечки. Когда с Машей требовалось кому-то быть, с ней была моя мама, я же без всяких мук совести или неловкостей погрузилась в какую-то несложную, приятную даже, но при этом вполне почётную работу.
Обобрала всю малину, половину складывая в рот, попила чаю, поговорила с мамой, обобрала крыжовник, сидя в невысокой траве, слушая стрёкот кузнечиков. Полежала с Машей под яблоней, на покрывале, пособирала иргу, которая, пишут, просто лопается от антиоксидантов, попила с мамой чаю.
Собрала букет удивительной красоты. Вот сейчас у меня под рукой нет фотографий - их пришлось делать на мамин фотоаппарат, но я скажу так - некоторое время назад я увидела в интернете красивый букет из Майами и сохранила картинку, чтобы радовать глаз. Вот он.
Так вот, букет, который стоит теперь на кухне, по моим ощущениям, практически не отличается от этого. В нём есть красные садовые герберы, жёлто-оранжевые календулы, синие васильки и нежно-розовые, практически белые маки.
Маки так прекрасны, что сил нет выразить, хочется любоваться на них бесконечно, остановить время, чтобы наглядеться на тонкие, как шёлк, полупрозрачные, слегка мятые лепестки с каёмочкой, на тонки пылинки тычинок, на головку, украшенную бархатистым шнуром, свёрнутым в тугие извилистые узоры.
Ветер раздувает лепестки маков и к вечеру трава рядом с клумбой усыпана этими лоскутами белого, розового, красного цвета. Сделала Маше девушку и юношу из мака. Потом она попросила сделать им "гостей", то есть, друзей. Поиграла, правда, мало, так как всё время открывались новые чудеса дачи, которые она торопилась осваивать.
Папа набрал большую корзину молочно-зелёных и тёмно-зелёных кабачков,
свеклы, дайкона, петрушки, огурцов, салата. Натюрморт не хуже Джейми
Оливерова.
В туалете, дверцу которого папа украсил пропильным сердечком, испытывая электролобзик, обнаружила на потолке небольшое осиное гнездо. Осы сидели на нём так смирно, что я приняла их за неживых. Дождалась, когда пошевелятся. В другой раз, выходя из туалета, глянула в окошко и ровно в фокусе сердечка увидела маленького ежа.
Сначала боялась кричать, подкралась к нему сама, готовая загораживать пути отхода. Потом стала всех звать. Начался гвалт - Маша спрашивает, где у ежа нос, папа рвёт траву, чтобы лучше разглядеть ежа и пытается выкатить его на пятачок голой земли, мама щёлкает фотоаппаратом, собака лезет нюхнуть. Бедный ёж. Потом все поуспокоились, батарейки в фотоаппарате сели, ёжик развернулся и подрапал по траве, сверкая чёрными лапками с круглыми подушечками, как у кошки и толстыми когтями, как у собаки. Я тронула слегка иголочки. Впервые в сознательном возрасте разглядывала ежа. Это было настоящее приключение. Надеюсь, мы не слишком травмировали его психику. Перед сном рассказывала Маше сказку, в которой домашние котик и пёсик встретили на даче ежа.
После дачи заехали на пруд. Папа искупался, а мы помочили ножки. Пруд искрился в солнечном свете. Пах водорослями и тиной. Тихо плескался. Я и жалела, и не жалела, что не взяла купальник. Мне нравилась тишина и собственная сухость рядом с этим приятно плещущим водоёмом. Но немножко и хотелось плюхнуться туда, очертя голову.
***
Дома Маша быстро заснула, так что я получила редкую возможность не только разложить дачный урожай, отправив часть его в морозилку, но и собрать мысли в кучу, а также полечить свои бедные пятки.
Я любуюсь своим букетом на кухонном столе. В тарелку с водой пустила плавать маковых человечков - вдруг, до завтра доживут, чтобы Маша ещё поиграла. Запекла свёклу для салата с ботвой. А пирог печь передумала, когда написала тут список, в котором есть пункт "быть лёгкой и гибкой". Испеку в другой день.
И вдруг пришло письмо с предложением посвятить одно из утр новой недели рисованию акварелью в компании красивых молодых женщин. Это уже просто венец идиллии. Спасибо, что у меня был этот день!
